Пекинские хутуны. Узкие проулки, где воздух пропитан пылью веков и запахом реставрационных мастерских. Трое ребят выросли здесь, буквально среди осколков чужого прошлого, которое их семьи собирали по кусочкам. Это было уютное, почти замкнутое детство, но время не стоит на месте — оно неумолимо растаскивает людей в разные стороны. Один грезит побегом, жаждет выбраться из этой тесноты, сменить декорации на что-то глобальное, яркое, совершенно чужое этим дворам. Второй, наоборот, вцепляется в мастерскую отца, пытаясь удержать ускользающий уклад жизни, как будто антиквариат еще может защитить от наступающего будущего. А она — она просто рядом, наблюдает за этим надломом, скрывая за небрежными шутками то, что превратилось в нечто большее, чем просто дружба. Между ними повисает какая-то липкая, тяжелая тишина. Слова застревают в горле, потому что признаться — значит разрушить привычный мир, который и так трещит по швам. Их общие воспоминания теперь кажутся почти чужими, а страх перед тем, что будет завтра, становится сильнее, чем привязанность, которую они старательно прячут. Смогут ли они вообще остаться людьми, знающими друг друга до последнего жеста, когда цели стали такими разными, а прошлое внезапно оказалось обузой, мешающей каждому сделать свой следующий шаг?
